ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ
Ближайшие мероприятия
Новости

Оптимисты и пессимисты: разные взгляды на IoT в России

24.10.2016

Деловой форум «IT-ЛИДЕР», темой которого стал Интернет вещей (IoT) и его возможности для бизнеса, дал основание вспомнить об одной старой истории, когда двух продавцов обуви отправили открывать филиалы в Африку. Пессимист позвонил и печально сообщил начальнику: «Перспектив никаких. Здесь все ходят босиком». Оптимист позвонил и радостно доложил: «Босс, высылай двойную партию обуви! Здесь все ходят босиком!».

Похожим выглядит и отношение к перспективам развития Интернета вещей в России. С одной стороны у нас в этой области существует сильное отставание от других стран. И, по мнению некоторых экспертов, мы уже видим только огни «уходящего поезда». Вот и Борис Бобровников, генеральный директор компании КРОК, напомнил на форуме, что Россия занимает только 39 место в рейтинге стран по развитию IoT.

C другой — такое отставание является большим потенциалом для роста. «Нам точно есть куда стремиться. Если государство начнет поддерживать ИТ-рынок или хотя бы не мешать ему в развитии, то неминуемо произойдет взрывной рост всех технологий, в том числе и Интернета вещей», — считает Борис Бобровников.

И примеры успешного использования такого потенциала есть. «Развивающиеся страны начинают использовать технологии Интернета вещей быстрее и шире, чем развитые страны. Впереди планеты всей Китай и Индия», — рассказал Максим Тамбиев, региональный директор аналитической компании Forrester Research в России. — В них уже 30% опрошенных нами компаний используют эти технологии, 45% — собираются начать использовать до конца года и 20% — интересуются технологиями Интернета вещей. Для примера в Европе таких компаний 16, 26 и 33% соответственно, а в Северной Америке еще меньше — 15, 22 и 34%«.

В принципе это не удивительно. В Интернете вещей есть два пути создания экосистемы. Первый — гринфилд (greenfield), когда ничего нет, приходится все делать с нуля. Второй — браунфилд (brownfield), когда уже есть системы и подключенные устройства и их нужно интегрировать в новую систему, что требует много времени и финансов. Европейские и американские рынки очень консервативны, потому что у них уже есть работающие автоматизированные производства, готовые заводы. Для внедрения технологий Интернета вещей им нужно купить новое оборудование и потратить деньги на интеграцию с уже имеющимся, что существенно усложняет задачу.

«В этом плане у России есть большой потенциал, потому что Интернет вещей у нас — это гринфилд, — отметил Игорь Рудым, менеджер Intel по развитию экосистемы „Интернет вещей“. — И нам не надо набивать „свои шишки“, а можно идти по уже проторенным дорогам».

Другой вопрос — все ли готовы идти? Внедрение Интернета вещей на наших предприятиях идет тяжело. «Традиционный бизнес очень инертен и противится любым нововведениям. Люди на местах начиная от слесаря до начальника цеха не хотят менять существующий порядок вещей. Не только в России, но и во всем мире», — отметил Андрей Синицын, президент «СТРИЖ Телематика». Он рассказал о разработанной его компанией системе анализа и регистрации половой охоты у коров, которая с помощью специальных финтес-трекеров, фиксирующих температуру и вибрацию каждой отдельной особи, в режиме онлайн анализирует биоритмы животных. Проект был успешен — удалось увеличить надои на 30%. Но коммерциализировать систему так и не удалось: топ-менеджерам представлялось более важным направлять средства на поддержание существующих технологических процессов, чем на внедрение новых.

Докладчик привел и другие примеры перспективных проектов в области Интернета вещей на базе разработанной ими платформы беспроводной передачи данных, которые на стадии пилотов показали свою реальную эффективность, но до внедрения так и не дошли.

Некоторые эксперты видят причину отсутствия интереса к инновациям в низком уровне конкуренции. Что связано с работой только на внутреннем российском рынке. Так, любая шведская компания крупнее отеля уже должна быть глобальной и конкурировать на международном рынке. Наши же компании вполне могут отсидеться на внутреннем и поэтому не так сильно стремятся к увеличению своей конкурентоспособности, в том числе и за счет использования технологий Интернета вещей.

Впрочем, есть и оптимисты. Так, директор Tibbo Systems Виктор Поляков рассказал об успешном опыте внедрения своей платформы Интернета вещей в сельском хозяйстве, в частности для контроля хранения сахарной свеклы в компании «РусАгро». То есть на том же очень консервативном сельскохозяйственном рынке, где потерпел неудачу предыдущий докладчик.

Произвел впечатление IoT-опыт Магнитогорского металлургического комбината, о котором рассказал член совета директоров предприятия Сергей Сулимов. Целью одного из реализованных на предприятии проектов под названием «Снайпер» было построение с помощью технологий Big Data математической модели, которая бы точнее использовала дорогостоящие ферросплавы при варке стали. Чтобы построить математическую модель, которая могла бы заменить человека, была привлечена компания «Яндекс».

Все оказалось не просто. Технология варки очень сложная. В нее пришлось вникать математикам «Яндекса», а технологам комбината — в математические модели «Яндекса». Другая проблема — было много неверных данных. Некоторые датчики не работали, а на них до этого не обращали внимания. Пришлось дополнительно вкладываться в инфраструктуру. В итоге сервис «Яндекса» доделывался не три месяца, как это планировалось, а около года. Но результат был получен — внедрение проекта «Снайпер» привело к годовой экономии в 275 млн. рублей. Теперь этот проект уже пытаются копировать конкуренты.

Сергей Сулимов рассказал и о других проектах. Так, комбинат нанял команду из пяти математиков, которые пытаются смоделировать работу домны. На предприятии даже привлекли китайского профессора, который с помощью теории хаоса пытается построить модель доменного процесса. В ходе работ были выявлены многие важные моменты, включающие фальсификацию данных персоналом для получения премий. Это тоже реальность нашей жизни, которая мешает проникновению новых технологий.

Главным двигателем внедрения технологий Интернета вещей Сергей Сулимов считает волю руководства и энтузиазм участников проекта. Так, огромную роль в успехе проекта «Снайпер» сыграл молодой начальник цеха, который буквально загорелся этой идеей.

Работы в области Интернета вещей на комбинате продолжаются. «В будущем управлять всем этим крупным предприятием будут айтишники. А людей будет совсем не много. Те, кто останутся — будут выполнять сервисные функции для айтишников. Это наше долгосрочное видение», — поделился Сергей Сулимов.

О будущих проблемах с трудоустройством огромного количества людей в результате внедрения технологий Интернета вещей рассказал Алексей Захаров, президент Superjob.ru. Чем будет заниматься миллион водителей после появления умных автомобилей? Чем будут заниматься переводчики? Ближайшее будущее огромного количества профессий и целых отраслей выглядит крайне пессимистично.

Впрочем, оптимисты тоже не унывают. Отомрет профессия водителя — появятся сервисы по обслуживанию беспилотных машин или обучению их искусственного интеллекта. Да и вообще нельзя линейно экстраполировать будущее. Исследователи XIX века, использующие такой подход, были бы уверены, что Лондон будет завален лошадиным навозом по самые крыши. Однако этого не произошло.

Оптимисты и пессимисты по разному смотрят на развитие технологий Интернета вещей, на темпы изменений, на возникающие препятствия и проблемы. Но сходятся в одном: мир меняется, причем меняется с огромной скоростью. И этот процесс не остановить.

Источник: PCWeek, Николай Носов